?

Log in

No account? Create an account
July 31st, 2018 - Словарь странных слов — LiveJournal [entries|archive|friends|userinfo]
deja vu смерть

[ website | shesmovedon ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

July 31st, 2018

Лето 58, 59, 60, 61 [Jul. 31st, 2018|10:36 pm]
deja vu смерть
Переезд. Все пунктирное. Хотя, казалось бы, это такой безболезненный вариант переезда - в соседний дом. Но все равно травма. Кажется, это мой первый переезд со всеми вещами. Никогда такого не было (и вот опять). Все прошлые переезды были какими-то нулевыми - из Борисова в Минск я переехала буквально со спортивной сумкой и небольшой тумбочкой. Из Минска в Нью-Йорк я прилетела с одним чемоданом (легендарный Самсонайт, который выдержал столкновение с масляной подушкой Бушвика). За три года я обросла немыслимым количеством вещей! Невероятно, как быстро бедный, практически нищий человек обзаводится пожитками.

Лето 58, суббота.

Ничего не помню. Я, наверное, работала. После работы поехала к Селин на вечеринку - оказалось, что она живет ровно на той самой улице, гуляя по которой с flamme_tirre, я радостно ее увещевала: вот ты переедешь в Нью-Йорк! и я тоже сюда перееду по-человечески! и мы будем жить в этом районе, таком престижном! вот тут! на соседних улицах! ходить друг к другу в гости. Но на самом деле я иду сюда в гости к Селин, надо смотреть правде в глаза. У Селин была потная вечеринка - мы выключили кондиционер, зажгли свечи и нахерачились ледяными коктейлями цвета мятной полоскалки для рта. Селин напекла пирогов, мы хохотали и веселились, но потом мне написал руммэйт Р., приехавший из Лос-Анжелеса (где жил последние полгода). Р. - истинный руммэйт, в отличие от соседок, которые снимали его комнату, и которых был легион. Р. написал, что аэропорт проебал все его вещи, и что он потерял кошелек со всеми кредитками, ключами и документами. Вечеринка как раз становилась скучной - Фуркан с Селин начали обсуждать ритэйл, и я по-быстрому попрощалась и помчала домой спасать Р.

Лето 59, 29 июля.

Приперли к стенке соседок: им пришлось признаться, что их таки двое. Соседка М. очаровала соседа Р., объяснив ему всю подноготную:
- Я прилетела на месяц из Берлина, чтобы записать альбом, но потом оказалось, что мой парень мне изменил, мы расстались, я ударилась во все тяжкие и забросила музыку, ко мне приехала подруга, чтобы вытащить меня из депрессии, я скрывала ее от всех, мы много бухали, курили и водили мужиков из Тиндера, но я справилась.
(это было слово-в-слово то, что я писала Р. в своих тревожных письмах: "не подумай, что я схожу с ума, но мне кажется, что она забросила музыку, рассталась с парнем, к ней приехала подруга, они курят легкие наркотики и водят мужиков из Тиндера").
- Она милая, - сказал Р. - Но типичный миллениал. В 29 они как дети. Как люди нашего поколения в 16-17.

Выяснилось, что М. забыла пианинку. Я тут же заграбастала пианинку себе. К сожалению, М. тут же перезвонила и сказала, что зайдет на днях забрать пианинку - поэтому времени на написание дебютного альбома у меня немного.

Переезд коллапсировал два раза - оба раза я закрывалась в ванной и рыдала. Первый - когда выбрасывала тапочки, подаренные мне мамой перед отъездом. Они совсем прохудились и, разумеется, время их пришло, но все же. Второй - когда выбрасывала такие же древние шорты, купленные, когда мы с мамой ездили во Львов в 2013 году. Выбрасывать вещи, связанные с этим вот всем - невозможно. Хотя я была уверена, что я рыцарь и супергерой выбрасывания и избавления, но где там.

Лето 60, понедельник.

Утро, завтракаю багетом во французской булочной. Багет режет мне рот, и так всегда. Не знаю, есть ли еще люди, которые не любят хлеб из-за того, что он режет им рот, иногда до крови. Прихожу на работу с окровавленным ртом - это очень кстати, учитывая, что в магазинчик также пришла Селин, чтобы встретиться с корпоративным клиентом.

Дома - апогей переезда. До часу ночи носила вещи туда-сюда, потом вдруг ощутила невероятную легкость напополам с усталостью - словно перестала чувствовать вообще. Что-то похожее было перед моей поездкой в Нью-Йорк, когда я собирала все свои личные вещи в коробки (коробки остались в квартире, в которой иногда живут Саша и Аня) - полное выключение эмоций. Видимо, они выключаются, чтобы не вышло, как с тапочками. А с другой стороны, хочется чувствовать: тоже ведь веха, переезд.

Засыпая, подумала, что хотела бы, чтобы это ощущение не заканчивалось - я была как космонавт, зависший в нигде, and I'm floating in the most peculiar way (и звезды выглядят как-то иначе, ясное дело), и весь мир вокруг был плацкарт и одна-две строчки из любой песни Боуи. Как будто не нужно просыпаться в 6 утра.

Лето 61, вторник

С 6 утра до 9 вечера носила вещи. Не понимаю, откуда они, не понимаю. Я даже выбросила несколько килограммов интеллектуальной книги - видела, как в интеллектуальной книге брезгливо копаются бомжи Бушвика - но не помогло.  Потом отмывали предыдущую квартиру от трех лет жизни.

У меня состояние аэропорта - абсолютное благостное безвременье, дзен, опустошение. Оказывается, переезд по умолчанию никогда не ностальгичен - нет времени, чтобы грустить по покидаемому пространству или ситуации, все сжирается суетой с выносом коробок и дарением посудно-ламповых наборов Армии Спасения. Когда-то я сама была эта армия, стыдливо вносила в дом раскатистую посудку с улицы - а теперь возвращаю обратно уже иного, более высокого уровня посудку же.

Пошла в банк, чтобы сделать чеки и заплатить за рент: один чек выписала неправильно, второй правильно.

Неправильный разорвала на мелкие кусочки, но побоялась выбрасывать в одну мусорку. Потом подумала, что и в две страшно. И в три. А вдруг кто-то за мной идет, поняла я, и подбирает за мной эти кусочки чека, чтобы потом склеить и забрать все мои деньги? Тогда я начала рвать чек на уж совсем параноидально микробные кусочки, швыряя их себе под ноги каждые десять шагов - это были немножко чековые Гензель и Гретель (я точно знала, что за мной кто-то идет и собирает крошки чека). Тогда я выбросила несколько кусочков чека в ливневую решетку. Вот, подавитесь, ликовала я, тут-то и ждет вас тупик!

Около офиса, куда нужно было отдать конверт с чеком, меня настиг второй приступ паранойи - чек надо было опустить в почтовый ящик в огромной чугунной двери, сказали мне хасиды по телефону. Дверь выглядела жутко - она была вырублена в здании без окон, возможно, гигантском холодильнике. Я позвонила хасидам, они подтвердили - та самая дверь. Я отодвинула щель почтового ящика и посмотрела в нее - там был здоровый внутренний дворик с лифтами. Наверное, внизу есть корзинка для писем, поняла я, и опустила конверт. Он упал на асфальт по ту сторону чугунных ворот. Я хотела посмотреть, есть ли там вообще корзинка, но щель показывала только стену напротив. Тогда я ввела туда айфон медленно-медленно, чтобы использовать его камеру как перископ. У меня получилось! Письмо просто так валялось на асфальте близко к краю ворот, которые прилегали неплотно, внизу была щель. Подул ветер и краешек конверта показался с моей стороны ворот - так в ветренный день любой прохожий мог взять мой чек себе! Я поняла, что мне надо протолкнуть конверт дальше - я взяла какую-то палку, легла около ворот и начала толкать палку в нижнюю щель, чтобы конверт прополз дальше и его не выдуло бы ветром на улицу. Вроде бы получилось! Чтобы посмотреть, как получилось, я снова засунула айфон в почтовую щель и сфотографировала пол - теперь конверт был немного дальше. Но погода все равно была ветренная - из-под ворот постоянно выдувались какие-то листья. Я снова легла на землю и посмотрела под ворота. Потом позвонила хасидам и рассказала им все вышенаписанное.
- Успокойтесь, - сказали хасиды. - Мы заберем чек, все нормально.
- Там ветер, - сказала я. - Поторопитесь.
Я отошла от ворот и увидела, что на меня все это время смотрели какие-то пуэрториканские грузчики, которые через дорогу разгружали грейпфруты и даже отложили ящики, чтобы посмотреть, что я делаю.
Я поняла, что как только я уйду, грузчики заберут мой чек и тут же бросят эти чортовы грейпфруты и помчат кутить в Сохо. Поэтому я отошла метров на 100 и начала поглядывать на грузчиков и на дверь.
Наверное, только когда я заметила, что над чугунной дверью хасидского офиса висит гигантская белая камера, я поняла, что происходило. Я снова попала на Хасидское Телевидение, черт бы его побрал! (Хасидское Телевидение - это сложная нью-йорская штука: что-то вроде получения эстетического удовольствия, наблюдая и снимая на камеру мучения и терзания обычных людей)

Как-то взяла себя в руки, приехала домой. Хотя дома нет уже - в одном месте его уже нет, в другом - еще нет. Купила курицу, села в пустой квартире, пишу сценарий - я ем курицу, комары пьют мою кровь.

Вероятно, насчет этого всего у меня есть какая-то рефлексия, но я продумаю и озвучу ее потом - сейчас я все в том же состоянии астронавта или пассажира.

Так, в Минске, перед отъездом я фотографировала полки с вещами в своей квартире, чтобы перенести ностальгию на потом.

Тем не менее, я не могу не отметить, что это состояние лимба, сладостного нигде, зала ожидания, межквартирной пустоты, пропущенной пересадки, подтормаживающего мерцающего in-between - пожалуй, одно из самых приятных, что я испытывала в жизни. Если так у всех людей, почему все ТАК не живут и мир устроен несколько иначе? А если не у всех, то что мне с этим делать?




Link25 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | July 31st, 2018 ]
[ go | Previous Day|Next Day ]