July 6th, 2018

dusya

Лето 35, 36

Лето 35

В голове уже несколько недель крутится альбом The Who "Quadrophenia" - действительно, при внешней музыкальной депривации мозг начинает подгружать то, что вы любили, наверное, лет в 14-15. Когда шла к реке (иногда вечером очень нужно пойти к реке - ведь важно помнить не только о том, что это город на океане, но это еще и город, где река! причем фактически НЕ ОДНА, ведь мы все одиноко живем на островах!), услышала квадрофению не внутри, но снаружи, ревущую и исчезающую за поворотом - оказалось, она гремела со спины бравого велосипедного мессенджера, лихо заворачивающего куда-то на канал-стрит. Надо же, кто-то в 2018 году слушает эту музыку!

Я попробовала послушать Квадрофению в itunes music, но обнаружила, что треть песен оттуда выброшена по цензурным соображениям. Пришлось слушать Битлз (которых в itunes music и вовсе нет).

Видела в маленьком ратушном парке счастливых японских туристов, которые сидели на скамейке с булочками в руках, и их со всех сторон грязно облепили белки и голуби - все эти твари сидели у счастливых туристов на плечах, на коленях, просто рядом на лавочке рядочком, на голове, на запястьях, какая-то белка уже лазила по сумочке туристки и доставала оттуда, кажется, помаду. Для жителя Нью-Йорка такого рода единение с природой выглядит как человек, облепленный дерьмом, поэтому, конечно, прохожие сторонятся, нервничают. Звери, кстати, тоже нервничают - белки в шоке, им никто не раздает пощечин, не шикает, не отодвигает брезгливо кончиком конверса. Ну, или я была бы более толерантной, если бы эта диснеевская каприкорния включала в себя крысаньку как полноправного участника нью-йоркского уличного дерьма. Но нет, крысаньку им лень приголубить!

Подумала о том, что в социальные сети пришло Поколение Иных Таблеток. Ну, или даже мы сами оно и есть (я все-таки ранний миленниал, точнее, относительно пожилой миллениал, скажем так!). То поколение, которое было до нас (70-е годы рождения), описывая какие угодно спасительные и помогающие адаптации к реальности вещества, в основном концентрировалось на психоделиках, марихуане, грибах, синтетике какой-нибудь опять же, то есть, примиряющие с миром таблетки этого поколения - психоделики, транквилизаторы, химические и аналоговые расширители сознания. Сейчас же в публичном дискурсе - совсем другие таблетки: антидепрессанты, ноотропы, аминокислоты (глицин, триптофан, габа), и это как бы официальная фармацевтическая повестка миллениалов. Если прошлое поколение хотело через вещества выбраться куда-то за пределы себя, то нынешнее через вещества хочет с собой как-то более-менее мирно в этих пределах сосуществовать и мириться. Но в смысле вектора, разумеется, эти фармацевтические концепции максимально разнонаправленны - это даже не разница между внешней и внутренней ориентацией. Возможно, все еще хуже - если бы старшему поколению в 90-х вместо экстази выдали антидепрессанты, есть вероятность того, что до нынешних пор дожило бы несколько больше талантливых прекрасных людей. А вот миленниалам, которые так носятся со своим психическим здоровьем, немножко хочется прописать ЛСД и марихуану. И да, я знаю, о чем говорю: у меня подтвержденная документально генетическая поломка в мозгу, из-за которой на меня не действует ни то, ни другое (и значит, я не знаю, о чем говорю - и поэтому имею право).

(вспомнила, как мы с Юлей договорились меняться таблетками: мексидол? не может быть, офигеть, тебе мама привезла мексидол? и как он тебе? никак? господи, а у меня полон дом фенибута, меня он не берет! давай меняться, ты мне мексидол, я тебе фенибут!)

Очень долго говорила с Верой по телефону о Важном, валяясь на земляной лужайке около Гудзона. Где-то через час поняла, что получила тепловой удар, скомканно попрощалась и побежала искать помещение с кондиционером - где там! оказывается, Запад Сохо - это Мертвая Зона: закрытые кофейни, заброшенные рестораны, нет магазинов - вся эта огромная территория после 5 часов вымирает! Я бегала по абсолютно пустым раскаленным улицам, до горизонта вымощенным призрачной брусчаткой (заодно вспомнила - вот тут я и встретила Гудзя! в пустой Мертвой Зоне!), держась за голову - может быть, я уже умерла, и поэтому исчезли все люди? Где-то через 20 минут этого кошмара и метаний по жаре я нашла крошечный гастроном, где по совету Веры начала прикладывать к локтевым сгибам огромные ломти салями, все это было немножко как во сне. Точно так же я бегала, помню, по Минску, когда меня накрывали панические приступы, но в Минске было сложнее - я совершенно не представляла, куда мне нужно забежать, чтобы наконец-то отпустило.

В метро Нью-Йорка недавно изобрели жанр Неразборчивого Объявления. Объявления, которые Не Слышны, должны звучать трубно и громогласно, как будто треть вод Земли окрасились красным. В них должны содержаться тревожные маркеры. Идеальное Неслышное Объявление звучит так: ATTENTION EVERYONE! SHSHSHSH SHSHSHS F TRAIN SHSHSH SHSHSHS SHSHS BROOKLYN SHSHSHSHSH SHSH! Смысл Неслышного Объявления в том, чтобы напомнить Всякому человеку: ничто не вечно. Не бывает постоянных маршрутов. Знакомые вам поезда - не всегда те поезда, которые отвезут вас в знакомое место. Намереваясь куда-то доехать, не забывайте о том, что некоторые не доедут в этот день никуда - и статистически это можете быть и вы, отчего нет. Доехав таки до дома, говорите себе: чудо, случилось чудо! Возможно, Неразборчивое Объявление - это как раз и есть жанр, манифестирующий чудо и выделяющий его, что ли, специальными неоновыми скобками в прозаическом потоке повторяемого и от этого обманчиво неизменного бытия.

Купила красное вино верде. Никогда так не делайте, слышите? Красное вино верде. Никогда (далее неразборчиво).

Лето 36

Собралась в прекрасной компании на выставку Хаима Сутина в Jewish Museum, но прекрасная компания по одному человеку начала отваливаться по причине здоровья ("Я сегодня выгляжу и чувствую себя, как... В общем, как любой потрет Хаима"). Нет уж, решила я, раз с завтрашнего дня у меня трехдневное свечное бдение, до Сутина я должна таки доехать. Тем более, что погода была подозрительно благостная - прокатилась гроза (если вы думаете, что рабочие, которые возводят у меня за окном Первый Небоскреб Бушвика, приостановились из уважения к Перуну - где там! теперь они гремят киркой, как электро-гномы, прямо в сиянии молний, отскакивающих от алюминиевых перекрытий! новый тревожащий душу строительный образ века - это не "Обед на вершине небоскреба", где рабочие кушают и читают газеты на поперечной балке - а мексиканские строители, стремительно возводящие многоэтажное здание в Бушвике в сильнейшую грозу!), все было масляным и влажным, от асфальта шел пар, свежо пахло собачьей мочой (видимо, дождь как-то активизирует собачкин феромон, я не знаю), по городу будто катком проехалось биение жизни, влажная дырчатая теплота.

Выставка Сутина, конечно, потрясающая. Портретов там не было, были натюрморты, но в основном исполненные насилия: бледные повешенные куры, бьющиеся на веревках жилистые ощипанные индюшки, кровавые туши. Оказалось, что Сутин одно время прямо-таки упарывался по мясным тушам (отчасти копируя великих мастеров, но на реальном материале - скажем, он покупал тушу, подвешивал ее в точности, как на одном из натюрмортов Рембрандта, и копировал - по сути, копируя не картину, а геометрию ее натуры), но рисовал, как ни странно, тщательно и аккуратно, поэтому туши быстро приходили в негодность и для пущей свежести и глянцевитости Сутин периодически обливал их из ведра свежей кровью (он бегал докупать кровь отдельно, то есть, это была другая кровь), чтобы выглядели как новенькие. Однажды к нему даже пришла полиция, потому что на соседей с нижнего этажа прямо с потолка начала капать кровь.

Но больше всего мне понравился натюрморт, где Смерть вцепилась в селедку. По всему видать, Смерть давно не едала селедки! Я совсем недавно ощущала себя ровно такой же Смертью, когда нашла на Брайтоне белорусскую селедочку "Маттиас" и вцепилась в нее ровно таким же жестом, представив, как буду в ночи есть ее с картошечкой (ох).

Посмотрите, какой прекрасный. Он так и называется, "Натюрморт с Селедкой".



На сайте музея, где я нашла эту селедку, под этой картиной написано: "Сутин приехал в Париж из крошечного еврейского местечка на территории современной Беларуси".

(НУ ЛАДНО, ХОРОШО, СПАСИБО)

А потом добавлено: "Из всех натюрмортов выставки именно "Натюрморт с селедками" плотно связан с еврейской жизнью в Европе. А еще с финансовыми проблемами и выживанием - в те времена для Сутина даже три селедки составляли настоящий пир".

Нам ли, белорусам, не знать, какой это пир - три селедки. И да, мы отвоюем свои три селедки даже у вцепившейся в них алчной Смерти.

По этому поводу купила в легендарном еврейском ресторане "Русс и дочери" (расположенном прямо в подвале музея) какой-то знаменитый бублик с селядцами и пошла его есть в Центральный Парк. Мне казалось, что я буду красиво сидеть на скамеечке, смотреть на белочек и птичек и меланхолично жевать бублик, роняющий селедочную слезу на омытый дождями песок (отчасти так и было, причем в селедочном соку тут же начали купаться воробьи), но я выбрала самый мерзкий райончик парка - около метрополитен музея! Поэтому мимо меня в основном ходили русские туристы и пристально смотрели, как у меня из бублика выпрыгивают масляные селядцы! (жители Нью-Йорка никогда не будут рассматривать, что и как человек ест, русскому туристу же все очень интересно, некоторые даже прокомментировали своим товарищам происходящее - тут что, есть кафе? это у нее гамбургер с рыбой? видишь, Маша, офисные работники Нью-Йорка все ходят обедать в центральный парк, я же говорила!). Видимо, я выглядела в точности, как Смерть на этой картинке!

Закончилось все тем, что какой-то эльфического вида светлый юноша спросил у меня, где здесь водопад.
- Тут есть водопад? - изумилась я. - В Центральном Парке есть водопад?
- Я тут впервые, - сказал он. - И я тут хожу и ищу его. Вот посмотрите на карту. Вот тут написано - водопад (он ткнул пальцем: действительно, было написано "водопад"). Выходит, здесь у вас таки есть водопад?
- Теперь есть, - вздохнула я. - Спасибо вам большое. Нам тут и правда ужас как не хватало водопада, если честно.