?

Log in

No account? Create an account
June 27th, 2018 - Словарь странных слов — LiveJournal [entries|archive|friends|userinfo]
deja vu смерть

[ website | shesmovedon ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

June 27th, 2018

Лето 26 [Jun. 27th, 2018|11:02 am]
deja vu смерть
Ничего не успеваю и все время хочу спать. Стройка за окном (я имею в виду: прямо за окном, на расстоянии 3-4 метров) начинается каждое утро ровно в 7; сегодня там слоны с ламантинами забивали чугунные сваи в земную ось, а самолеты крушили авианосцы. Будучи далеко не жаворонком, я от этого страдаю жутко, все время хожу как во сне. Выспаться я могу только на выходных, но вот загвоздка: на выходных я работаю в свечном бутике! Ситуация превращается в безвыходную. Одна радость: эти пидарасы очень быстро строят. Уже четыре этажа готово. Надеюсь, это не небоскреб. Пусть бы они поскорей прекратили наращивать этажность. Также я подозреваю, что стройка, лезущая в окно, некоторым образом разочаровала моих соседок, и они перестали устраивать вечеринки с негромкой гитарной музыкой и хохотать - теперь они делают это где-то еще, не дома.

Вчера, когда я заехала к Лене, я даже в какой-то момент с ужасом предположила, что на самом деле заехала к ней поспать! Я это поняла, когда присела на диванчик и вдруг подумала: какой славный, приятный диванчик, на нем так хорошо, он будто обволакивает. Никогда не думала, что я стану тем самым человеком, который ходит по гостям, чтобы выспаться.

- Я приготовила бефстроганов из медведя, но не могу его есть, потому что он на вкус как человечина, - сказала Лена.

- Откуда у тебя медведь? - спросила я.

- Мой зять - охотник, он принес мне медведя, - ответила Лена немного укоризненно, словно я забыла о том, что ее зять - охотник.

Я вначале подумала на маленького галериста Франциско, вначале несколько удивившись, а потом сказав себе: а, так это текст, я же его персонаж! почему бы маленькому галеристу Франциско не завалить мишутку в Проспект Парке и не принести его Лене! я ведь живу в какой-то фантасмагорической фигне, которую придумала сама про себя в 2009-м и зачем-то записала, и теперь не могу выбраться из собственного текста!

Но нет, оказалось, что речь про мужа дочери сестры. Я понюхала мишутку, он и правда пах человечиной. Выясняя, откуда мы так точно идентифицируем запах человечины, мы решили, что это как-то эволюционно прописано в нас на всякий случай, чтобы человечество само себя не пожрало - ну и, как я поняла, нам сложновато поедать хищников: мы с волками, гепардами и львами убиваем и едим оленя, овечку и курочку. Хищный зверь - наш пищевой соратник, мы с ним заодно, мы выслеживаем уточку и режем свинью. А вот когда хищник ест хищника - это всегда немножко каннибализм.

- Но есть и еще одно объяснение, почему медведь на вкус как человек, - в какой-то момент поняла я. - Возможно, это просто и есть человек.

В итоге я ехала в сторону дома с рюкзаком, полным нашинкованного на строганов медведя. Уверена, в этот день никто не возил медведя в Нью-Йоркском метро. Хотя, может, и возил, кто знает. Кто тут только что не возит.

- Оптимистка!.. - звонко-звонко сказала одна русская бабушка другой, вкатывая тележку с продуктами в поезд, - Это такой человек, который верит в будущее хорошее!
- Я не знала этого слова! - обиженно ответила вторая бабушка, - Я думала, ты просто гадость сказать мне хочешь.

*

Позвонил минский зубной врач, который уже пару раз дистанционно чинил мне слюнную железу, снова выписал миорелаксанты и запретил есть и пить кислое. Прощай, бутылка розе с пузырьками, простаивающая в холодильнике! Здравствуй, мескаль!
Link14 comments|Leave a comment

Лето 27 [Jun. 27th, 2018|11:38 pm]
deja vu смерть
Так мало времени, что лучше записывать сразу, потом не получится.

Весь день я пыталась написать хотя бы фрагмент громоздкого, огромного, как многоэтажка (которую возводят за окном), необходимого текста, который будто бы разбухал алюминиевыми сваями, тонким корабельным каркасом у меня в голове - я знаю это колкое ощущение вынашивания в себе каркаса; до некоей окончательной своей конструкторской финализации он совершенно не конвертируется в текст. Я пошла поработать над невидимым текстом в кафе "Маленькие пропуски", чтобы не слушать метафоризирующий (как видим) этот процесс грохот стройки (еще я боялась, что мексиканский рабочий свалится с лесов прямо под мое окно и будет там истекать кровью, создавая нетворческую атмосферу), но в кафе "Маленькие пропуски" слишком уютно пахло едой. Жалко, что закрыли русско-украинский "Диллинжер" за то, что в нем мыши танцевали на столах в обнимку с тараканами. Это было лучшее кафе в Нью-Йорке, несмотря на срач. Никогда не забуду, как в Бушвик приехала Вера (она приехала в Нью-Йорк впервые в жизни, но прибыла непосредственно в Бушвик, это важно) и мы с ней пошли в "Диллинжер", чтобы обнаружить там девушку с роскошным перламутрово-лаймовым попугаем на плече, все это выглядело невероятно красиво, и ровно половина девушки была размашисто засрана попугаем, потому что даже самая разумная птица себя в этом смысле не контролирует. Из "Маленьких пропусков", в которых я в основном вела тихий, испуганный разговор с Верой по телефону (Вера предлагала мне небольшую фриланс-работу, я задумчиво спрашивала: но почему ты уверена, что я могу как-то помочь? на основе чего ты решила, что я могу оказаться для этого полезной?), я ушла, до этого получив от нее контрольный удар в солнечное сплетение в качестве ответа на вопрос про объем предполагаемой работы. "Это даже меньше, чем наш проект для казахских женщин", - сказала Вера.

- Даже меньше?! - задохнулась я. - ДАЖЕ МЕНЬШЕ?

(я не уверена, что мне стоит сейчас распространяться о масштабности и объеме нашего проекта для казахских женщин).

- Много меньше! - обреченно затараторила Вера, сообразив, что отпугнула меня самым безвозвратным образом. - Меньше раза в три. Точнее, раз в пять. В десять. Чего это я, на самом деле раз в сто меньше, чего уж тут. Серьезно. В сто раз меньше, слышишь? В сто.

- Сто, - вздохнула я. - Точно в сто раз меньше? (я ничуть не преувеличивала; надеюсь, Вера тоже).
- Точно, - подтвердила Вера. - В сто раз.

Потом я похвалила Веру, сказав, что она идеальный менеджер (поверьте, часто приходится сталкиваться с Обычными, и тогда вы начинаете ценить Идеальных), потому что общается с собеседником, исходя из предположения, что у нее с ним приблизительно более-менее одинаковый ай-кью.

Я вернулась домой, попробовала поработать дома, ничего не получалось: каркас внутри головы и за окном разрастался и не проливался ни дождем, ни электросваркой, весь мир тоже начал разбухать и становиться прозрачным, подползли какие-то чорные низко посаженные, как чужие брови, облака. Поехала в pret-a-manger на 23-й, вся набухающая текстом (тестом), как дождевая туча, взяла огромный кофе и салат с лобстером, и вспомнила, что мне нужно дописать заявку на сценарий, который я вялотекуще пишу в эти же дни. Написала заявку и разрыдалась над ней, такая она вышла сентиментальная. Вот это, черт подери, новость - энергия отчуждения от создаваемого где-то вне меня и внутри меня мета-текста настолько велика, что написанный на этой волне параллельно и быстро совершенно другой, рабочий, рутинный текст вдруг тоже оказался отдельным и поэтому немыслимо манипулятивным для меня как для читателя - в общем, нет, поняла я, лучше не смешивать, это же страшных дел можно нагородить. Вышла наружу, все стало безвременным и картонным. Это ощущение болезненной, шаткой прозрачности мира мне знакомо, оно напоминает паническую атаку в отсутствие субъекта - мир сдвигается, с него будто бы снимают пленку. Мне кажется, такие состояния возникают в моменты, когда мозг почему-то перестает иметь доступ к обычному своему бэкапу мира - автоматически достраиваемая им реальность исчезает из-за сбоя доступа к базе данных, поэтому вместо того, чтобы конструировать, мозг вынужден воспринимать сразу все - то есть, выключается бэкап и начинается восприятие. Мир становится щекотным, неуютным и пугающим, ты все в нем видишь словно в первый раз - вчера тоже накатило похожее, когда мы выходили с Леной в аптеку: я вдруг увидела каждую клеточку окружающей меня реальности и перестала все вокруг узнавать, все стало новым, незнакомым, выпуклым. Раньше этого всего не было! Ни аптеки на углу, ни маленькой клиники с синим козырьком. Многоэтажку напротив дома Лены я тоже увидела впервые и уставилась на нее, как на храм. Невероятно! Лена заметила, что я оторопело смотрю на улицы и не узнаю их настолько, что не понимаю, куда иду (я пыталась это скрыть). Ты куда, спросила она, ты куда сейчас собралась идти, вот же нам сюда, на эту улицу. Я что-то промямлила: объяснить, что у меня отключился доступ к визуальному кэшу и мозг на гигантских оборотах по-честному всерьез процессит все визуальные сигналы, с нуля выстраивая мне эти чертовы улицы, у меня не получалось, вся энергия и интеллект ушли на эти повышенные обороты. И вот сегодня было такое же.

Зашла в Тайгер, купила радужное одеялко для пикника, авоську и пакетик для мокрых вещей (спасибо подарочной карточке Н.), стало полегче. Потом читала Верин пост в ЖЖ под дождем, и от одного фрагмента почувствовала знакомый зуд полного осознания происходящего (каким-то образом эта фраза включала в себя вообще все мои страхи и единственное возможное их разрешение). Вера показывала бабушке татуировку с птичкой, бабушка спросила, не было ли больно и не пожалеет ли Вера. "Я подумала, что человек, который всю жизнь прожил в одном квартале, впадает в ужас от одной мысли об эмиграции, годами носит одни и те же часы и кольцо, а перекрасившись в блондинку, вернул прежний цвет волос обратно через месяц, вряд ли будет жалеть о еще одной из немногих по-настоящему постоянных вещей в жизни, поэтому сказала - нет, не было больно, не пожалею".

Почему-то это оказался очень катарсический для меня фрагмент. Почти такой же, как этот невыносимый пост midori-ko, сформулировавший не только для меня вообще суть всего: "Я наблюдаю и свидетельствую. Я вижу именно то, что вижу, но свидетельствую о другом. Я свидетельствую, что есть не только это"

По ощущениям это все немного похоже на вот эту обложку Нью-Йоркера за октябрь 2009 года:



Сказала Вере, что у меня ощущение полного отсутствия саморефлексии, тем не менее, рефлексия как процесс словно экстернализирована и происходит со всеми остальными участниками эксперимента (если это эксперимент) - и транслируется мне на каком-то надличностном уровне, словно мы все, на самом деле - письма друг другу. А я сейчас - ну, видеорегистратор. Такая функция. Так нужно. Если включится рефлексия - все остановится. Но зачем ее включать, если ее можно воспринимать и принимать, что ли. И я не уверена, что мне таки подключили кэш обратно - завтра мир снова придется выстраивать с нуля, и это тоже надо как-то, что ли, принимать.
Link14 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | June 27th, 2018 ]
[ go | Previous Day|Next Day ]