July 28th, 2013

dusya

Лето 56

Минск - тот самый город, где я сделалась полностью незаметной, как и мечтала; в этом смысле походы во многочисленные заведения ресторанного общепита в одиночестве для меня благодать, офис в кармашке и меч-кладенец - меня никто никогда не замечает, официант не подплывет костяным лебедем, шелестя строками меню, улыбчивая девушка в оранжевой форме даже не догадается, кто сидит за столиком у касс; даже если я почти случайно закажу кофе, про меня тут же забудут, будут рассеянно скакать мимо, глядя сквозь меня куда-то в бездну. Поэтому я люблю работать в городских кафе, это бесплатный стол, бесплатный стул, бесплатные перец и соль, а также зубочистки, бесплатное место, где меня никто никогда не видит. Очень круто быть полностью незаметным и невидимым человеком в каком-нибудь многолюдном баре - это напитывает невиданной энергией, я готова горы свернуть и написать тысячи слов. Хотя ничего этого не делаю - ни гор, ни тысяч. Я не держу своих обещаний, никогда не делаю ничего вовремя и у меня словяной ступор. Вот, начала с обещаний, данных самой себе, они самые страшные, как правило.

* *
Вечером ходила с Верой в бар "Золото Рейна" (Верина дочь уехала с бабушкой, то есть мамой матери своей, на Нарочь в детский приозерный сад, самое время тусоваться, красть яблоки в цыганских дворах и объезжать помидорного коня!), потом я провела ее до гипермаркета, близ которого она живет - Вера помогла мне выбрать правильное вино и, посмотрев на часы, сказала:
- Ну все, ровно 22.01. Я пошла. Я обещала мужу быть дома в 22.00, а уже 22.01 же.
А раньше, сами понимаете: скорей бы уже конец июля, нарочь, пристань, дискотека! Двадцать два ноль один, вот и юные подруги мои уже становятся старенькими.

Погрузив на резиновую ленту близ кассы две бутылки вина и гору каких-то мелких йогуртов, я задумалась - как я это все донесу? Влезет ли вино, например, в мою сумку, которая через плечо болтается? Кассирша сонно вилась над подростком, безуспешно пытающимся пройти через ритуал купли-продажи с ломтем колбасы и бутылкой кефира, отчаянно не могла пробить кефир и шепотом кричала: "Владимировна!" (кстати, это супермаркетное божество, которое помогает дистанционно распознавать штрих-коды, практически во всех случаях и во всех городах зовут Владимировна, но это ладно). Я прикладывала бутылку вина к сумке и так и сяк, в какой-то момент начала ее туда запихивать, чтобы понять, влезет или не влезет.
В этот момент я увидела, что в трех метрах от меня стоят охранники (про охранников "Короны" регулярно пишут в СМИ всякие жуткие вещи - то они человека до полусмерти изобьют, то парню позвоночник сломают за то, что он в орешки руку запустил, и, главное, им за это ничего никогда не бывает - круши, убивай!) и внимательно наблюдают за тем, как я пытаюсь запихнуть в небольшую сумочку бутыль французского вина. Я побледнела и начала выпихивать вино обратно. Положила его обратно на ленту. Охранники ушли.
Испугалась, стало быть, не совершила хищение. Представляю, какие они были довольные.

Вино же, кстати, на следующий день похвалил мой дядя Володя. Оно напомнило ему молодость.
- Отличное вино! - сказал он, немного прополоскав им рот. - Сразу вспоминается 1981 год, тот дворик за детским садиком у почты, и то каберне за 7 копеек - а, Валя? Помнишь каберне? Я вот сразу вспомнил. Мы его еще из горлышка пили. Никогда не забуду этот вкус. И даже через столько лет его помню.