?

Log in

No account? Create an account
July 18th, 2013 - Словарь странных слов — LiveJournal [entries|archive|friends|userinfo]
deja vu смерть

[ website | shesmovedon ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

July 18th, 2013

Лето 45, 46 [Jul. 18th, 2013|11:53 am]
deja vu смерть
Неделя началась хорошо, потому что она началась в Варшаве. Все, что начинается в Варшаве, потом превращается в праздник и тугой инжир бесконечной любви. Эти строки я пишу в городе Познань, только не спрашивайте, пожалуйста, что я делаю в городе Познань.

В американском посольстве я где-то полчаса смотрела концерт Телониуса Монка, они там крутят Монка всем ожидающим визы и не визы  - чтобы люди расслабились и не думали о том, что вся их тщательно запланированная мимиграция летит к чертям прямо сейчас стараниями той огненно-рыжей тети в левом окошке. Монк был чорно-белый, играл на фортепиано так, как будто печатает на машинке, на нем была шапочка. Оказалось, что он всегда играл в шапочке, чтобы его мысли не могли прочитать окружающие; я этого почему-то не знала.
Паспорт у меня забрали, вообще, паспорта забрали у всех. Поэтому оказалось, что я остаюсь в Варшаве еще как минимум на день. Ощущения триумфа у меня не возникло, вообще, не возникло никакого ощущения. Такое ощущение, что я поехала в магазин купить курицу и купила ее, просто курица стоила очень дорого, а магазин находится в Варшаве. Золотую курицу выдают только спустя сутки в какой-то части Варшавы, где сплошь склады и кладбища, но на тот момент это было не очень важно.

Потом оказалось, что в этот вечер в Варшаве выступает Джон Зорн, и я полдня ныла, что не попадаю на его концерт. Заглянув в Фейсбук (внимание! это первый раз, когда я пишу о Фейсбуке в ЖЖ что-то хорошее!), я обнаружила, что там Умка просто так бесплатно отдает билет на Зорна тому, кто заберет перед концертом их собственные билеты у одного бородатого чувака. Не спрашивайте, как так вышло, что Умка делала в Варшаве (ехала туда из Вильнюса), почему чувак не мог ждать ("Ну он важный такой! Респектабельный! - объясняла Умка уже потом, - Чего это он будет ждать, к тому же, мы опаздывали!"), но в конце концов вечер разлился следующей картиной - я сидела на ступеньках концертного зала с билетами на Зорна, и ко мне каждые пять минут подходили какие-нибудь страдальцы и просили подарить им эти билеты гратис, потом уже поняли, что у меня свирепое лицо на самом деле, и начали предлагать эти билеты у меня купить.
Через полчаса охранники начали закрывать двери: начинался концерт. Я подбежала к ним и принялась канючить - не закрывайте, не закрывайте дверь, тут мои друзья вот бегут практически! бегут уже!
Охранники заинтересованно вышли на крылечко. Вдалеке уже виднелись Те, Кого Я Жду.
- Какое бегут? - захохотали охранники, - Да они идут так медленно-медленно! Что-то мы не видим, как они спешат!
Я начала бегать по крыльцу туда-сюда, дистанционно имитируя призыв побегать. Мы вошли в зал одновременно с Джоном Зорном, это было достаточно символично.
Зорн представлял в Варшаве все свои проекты, все 80 или 90, сколько их у него там. У него был юбилей, 60 лет, поэтому, наверное, все-таки он привез только 60 проектов, а также живых Марка Рибо, Джона Медески, Тревора Данна и Майка Пэттона. Я, если честно, всегда была жуткий поклонник Пэттона, поэтому когда он начинал выть кикиморой, я почти плакала, буквально места себе не находила. Хотя там и кроме Пэттона было много прекрасного - например, проект с этими нежными бразильскими песнями и мрачные женщины из Валгаллы, поющие атональную погребальную песнь. Вообще, Зорн  - это что-то вроде детской энциклопедии всей музыки 20 века - он очень трогательно пытается быть то Штокгаузеном, то Шенбергом, то Колтрейном, но по сути это все такая жутко мультяшная, синтетическая штука при всей своей искусности; как будто многообразие форм превращает любую доступную ему форму в имитацию и изначальный поп-арт. То есть, воспринимать его иначе, чем поп-арт, я не могу совершенно - это комиксовый фри-джаз, комиксовый авангард и этот вот дикий Лунный Пьеро, которого там выдали на сцене, тоже был немного комиксовый, как будто исполнители нарисованы - Зорн их нарисовал сам, понятное дело. Пэттон этой эстетике подходит больше всего - он шумный, вязкий, как резина, буйный и в трениках. Короче, это было потрясающе, и только спустя три с половиной часа, когда дело начало близиться к полуночи, я немного заволновалась.
- Так это четырехчасовой концерт, - сказала Умка, - Или даже больше.
Я уже была на таком концерте, это был "Зигфрид" Вагнера - тоже четырехчасовой или даже больше. Зорн, кстати, не выглядел уставшим, потому что он почти не играл, в основном, либо дирижировал, либо вообще выходил между проектами и обнимал кого-то, кто стоял к нему ближе - обычно красивую девочку, например.Ну, это я иронизирую, а концерт на самом деле был офигенный - я давно ничего подобного не видела; считаю случившееся неким событием в режиме чуда (известно, что любое чудо - это стечение обстоятельств плюс хорошие люди, которым также в силу стечения обстоятельств получилось себя проявить как идентификатор, манифестант и деятель данного чуда своими руками). С другой стороны, я почти так же попала на концерт Jethro Tull в этот же зал больше 10 лет назад - звукотехник группы подарил билеты просто так, случайно, то есть, мы его просто встретили около зала: нет билетов, все плохо - а, ну я сбегаю сейчас у группы возьму пригласительных, вот, держите. На следующий день Умка уехала в Минск, это такой круговорот добра в Варшаве, а мы поехали за визой в Иную Варшаву, Варшаву тайн, заводских складов и бойких солигорских мужчин на трамвайном кольце.

Про Иную Варшаву писать уже немного лень, но скажу только, что Деятельный Дядя из Солигорска оказался именно таким человеком, на которых стоит Беларусь. Вообще, вся Беларусь стоит на таких чрезвычайно деловитых шумных и деятельных дядечках, которые вообще мало что понимают, функционируют в автоматическом режиме, за границей бойко и деловито говорят со всеми на зычном, фрикативном русском и по любому поводу уже сложили веское мнение. При этом абсолютно беззащитный персонаж, хотя мозг выносит уже за 2-3 минуты.
Он уже был в Америке, но Варшава впечатлила его гораздо больше.
- Дети, молодежь, прикиньте, - рассказывал он, - На головах крутятся! Музыка играет, а они крутятся на головах! Ну такие изобретательные! Я таких никогда не видел!
- Я нашел такой магазинчик с фирменными кроссовками! - заговорщицким тоном, - Вообще закачаешься! Они не дешевые там - но фирма!
Про Америку гораздо менее восхищенно: могут депортировать, плитку во Флориде класть "35 долларов за фут", погоды хорошие стоят. Когда рассказывает про Варшаву, весь просто сияет, голос становится четким и красивым.

Сходили на выставку Маркуса Яковлевича Ротко, выставка состоит где-то из десятка картин или около того. Совсем маленькая.

Уже потом, вечером, когда я оказалась вместе с Дашей, ожидающей в пивном баре "Каштаны древнего Киева" своего капитана дальнего плавания, возвращающегося из словенского трипа, оказалось, что Варшава и правда восхищает. В частности, своими жителями. Даже если они и белорусы. Дашин капитан появился далеко на горизонте, он нес кинокамеру, рюкзак и огромный буек - ну, такой, которым маркируют территорию в морях и океанах.
- Как клево, - с завистью сказала я. - Кажется, у него в руках буек. Наверное, это подарок тебе такой, гостинец привез из путешествия. Вот это я понимаю.
- Даша! - закричал капитан, увидев наконец-то свою суженую, - Я так скучал! Вот тебе подарок из путешествия - БУЙ! Это первое, что я встретил в Словении. Мне пришлось забрать его с собою. Это тебе.
Черт, а я надеялась хорошо пошутить.

Автобус уже выехал из Познани и меня начало укачивать. Варшава, до свидания, Познань, до свидания. На этом я пока что закончу.
Link7 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | July 18th, 2013 ]
[ go | Previous Day|Next Day ]