June 5th, 2013

dusya

Лето 4

Четвертый день лета был не таким насыщенным в смысле поездок, как первые три. Но зато в этот день были неплохие встречи, редкие для здешних мест! В целом, весь день я работала - вначале, например, дописала колонку для журнала про швейцарские часы. Вообще-то я давным-давно никуда не пишу колонок, потому что написание колонок меня изматывает и впоследствии ранит, но здесь вышло как-то само собой - мне кажется, журнал про швейцарские часы никто не читает, поэтому если и писать колонку о музыке, то именно туда - мысленно преклоняясь перед колумнистами, которые пишут по десять текстов в неделю - как им это удается? Как получается по каждому вопросу генерировать набор мнений? Возможно, здесь подключаются некие субличности, которые генерируются, как и мнения, в случайном порядке - но мне, будучи человеком без мнения (в целом я вообще не уверена, есть ли у меня какой-либо набор определяющих, уникальных личностных характеристик кроме очевидных, обусловленных особенностями биохимии мозга и наследственности), чрезвычайно трудно притворяться кем-то, у кого это мнение есть. В итоге я вызвала в себе не то чтобы голема, но какую-то нравоучительную дуру, внезапно сформировавшую какое-то сверхценное суждение про группу Депеш Мод. Эта иллюзия личностного проявления, к счастью, быстро истончилась и растаяла, потому что впоследствии я полдня занималась Кнорром и Веселыми Барменами. Вообще, конечно, это странная работа - она дает мне, конечно, некое контекстуальное обогащение, но это крайне узкопрофильные знания - положим, я теперь знаю рецепты как минимум пяти версий Blood & Sand, Old-Fashioned и Manhattan, но приготовить их я все равно не смогу - то же самое с рецептами вкуснейших блюд от Кнорр, что делать с этими знаниями?
Вчера в Минск приехала Алиса, гуляли с ней, некоторым количеством ее и не ее детей и знаменитым режиссером-битломаном К. по моему любимому району "Те самые адские коттеджи в Слепянке" (это одно из тех мест, где у локальной Смерти находится портал в Потустороннесть - я там пару раз встречала Смерть, ту самую, которая часто тусит на Ангарской-4 и тает в окошечке "Белтелекома"), зашли там в местный магазинчик за квасом - и вот я беру с прилавочка новые упаковки продукции от Кнорр, держу их в руках и говорю знаменитому режиссеру: "Да-а-а, не такие чувства я испытывала, когда впервые держала в руках "Музыкальную газету" со своей напечатанной статьей! Я бы даже сказала - полностью противоположные чувства я сейчас испытываю!" Знаменитый режиссер никак не отреагировал, у них там в Москве еще и не такими вещами приходится заниматься, чтобы заниматься любимым делом в свободное от этих странных занятий время, что поделаешь.
Сын режиссера впервые в жизни попробовал сидр.
- Очень вкусно, - сказал он, - Очень замечательный сидр. Когда я вырасту и мне можно будет пить алкоголь, я буду пить только сидр.
- Представляю, как я всюду хожу с таким двухметровым сидровым алкоголиком, - мечтательно сказал режиссер.
- Хотя нет, - через десять минут передумал сын режиссера, - Что-то мне от этого сидра как-то дурно. Наверное, я все же не буду пить сидр, когда вырасту.
В банку сидра тут же наползло несколько сотен огромных белорусских муравьев с собаку величиной. Я будничным тоном рассказывала Алисе про колонию гигантских американских тараканов на улице Карла Маркса: "Да-да, они выживают, они в порядке, среди них уже бродят такие детские, молодежные тараканы, что значит, что ребята отлично размножаются и чувствуют себя комфортно". Алисин младший ребенок все время пел и всячески звукоподражал - в какой-то момент даже оказалось, что он уловил где-то вдали, за Национальной Библиотекой ("Ненавижу библиотеки" - сказала Алиса), сирену "Скорой помощи" и начал мастерски ее имитировать, даром что ребенку всего год. "Зачем, куда едет "Скорая"? - задумчиво спросил старший ребенок Алисы. "Кого-то стошнило, - ответил Алисин муж. - Она едет это убирать". Было заметно, что гостям города очень нравится в Беларуси - например, когда мы переходили небольшое болото с дощечками, все ужасно деликатно себя повели и никто даже не сказал: "Вот, вся Беларусь такая - куда ни пойдешь, всюду маленькое болото!" Переходить по дощечке было страшно, но навстречу нам по болоту как раз брел молодой человек в очках. "Вот, - сказала я. - Будем смотреть, как перейдет этот человек. Если погрузится в воду - не пойдем. Идите, молодой человек, погружайтесь". Путник ступил на дощечку, глядя на меня с тоской и ненавистью. Погрузившись по щиколотку, он пробормотал: "Вы легкие, пройдете" и исчез. Мимо на огромной скорости пробежал мужик с овчаркой. Старший ребенок через некоторое время упал с моего велосипеда. Режиссер-битломан начал хвастаться какой-то редчайшей фанатской Битлз-продукцией от Apple, жонглируя гигантским зеленым яблоком из нержавеющей стали, а потом пришла сестра мужа Алисы и мы все вместе лузгали гигантские семки около Библиотеки, фактически, настоящее белорусское времяпровождение для июньского вечера, ура.
Я так впечатлилась встречей с Алисой, потому что ну, на самом деле она бывает в Минске раз в два года, что потом, чтобы как-то себя успокоить, еще час каталась по дорожкам Парка Че, удовлетворенно отмечая полнейшую, звонкую пустоту в голове.
Как ни странно, в моменты, когда сюда приезжают мои давно уехавшие друзья (если хорошенько подумать, можно прийти к выводу, что практически все, с кем я дружила в юности, уехали или, в крайнем случае, умерли), я чувствую себя каким-то неполноценным, зависшим в пустоте человеком без адреса, имени и смыслообразующей актуальной функции: я превращаюсь в некий ностальгический маркер и, зачем-то под него подстраиваясь, веду себя соответствующим полукнижным образом, рассказывая какие-то нелепые мифологические штуки про современный Минск и тайком ненавидя себя за это. Мне кажется, именно так чувствуют себя колумнисты и редакторы новых городских журналов. Возможно, я испытываю что-то вроде "привет, одноклассники", "жуткий стыд из-за того, что я не уехала" и "все удачно свалили, а я тут сижу, потому что я сама ленивая и никчемная" - но там, где нет, мнения, не может быть и эмоций. По большому счету - чистая, незамутненная радость встречи, а рефлексии опять же надо было формулировать раньше, теперь тоже как-то стыдновато. Хотя это хороший вопрос и тема для размышлений - почему мне стыдно перед уехавшими друзьями за то, что я живу в Минске? К счастью, времени на эти размышления у меня уже нет - за ближайшим поворотом меня ждет куриный бульон, аппетитная котлетка, лучший бармен Вселенной и мультиварка "Дружба уродов".