March 27th, 2007

dusya

Я вернулась. Моменты. Целиком вспоминать не хочу.

Вена на ноге набухает чем-то апокалиптически-черным, я дергаю дверь в ванну - закрыто, заклинило; я грохочу, скребусь, пытаюсь выбить дверь, ковыряю замок отверткой - нифига; вынимаю из морозилки пакет с брокколи, привязываю его к звенящей от боли ноге; продолжаю дубасить по двери молотком. В этот момент я совершенно спокойно представляю, как это выглядит со стороны - оснащенная молотком, отверткой и пакетом замороженной польской брокколи (привет, милый Джон Б., привет и спасибо!), привязанным чуть ниже колена, я пытаюсь выбить дверь в собственную ванную, причем внутри никого нет. Главное в таких ситуациях - правильно набрать телефонный номер и успеть отвязать брокколи. Нет, я уже не смогу ее приготовить.

*

Ну и вот, говорит он, смерть это такое дело - до последнего кажется, что никакой смерти не существует; а потом когда все происходит, вдруг все в один момент становится совершенно другим, вообще все, и черт подери, я чувствую себя таким блять виноватым, таким виноватым... Я отворачиваюсь и отхожу на несколько шагов влево; стою на огромном пыльном холме, и черный жаркий ветер бьет в лицо насекомыми и сосновыми иглами. Рассматриваю очень старую могильную плиту, на которой вытесано слово "Замировская". Это кажется мне любопытным. Пытаюсь самоотстраниться; понимаю, что никакой, по сути, разницы, я это или не я, спокойно спускаюсь вниз по холму, спокойно то, спокойно это, я какой-то плавящийся вулкан неземного спокойствия, только бы он больше не плакал, иначе я прямо тут упаду и умру, как раз уже всё вытесано как положено.

*
Сестра, которая не видела меня 15 лет, долго смотрит на меня циничным взором, а потом интересуется:
- И ты думаешь, это красиво - быть ТАКОЙ худой?

Объясняю, что я вовсе не претендую на эталон небесной прелести; просто так сложилось, что поделаешь.
- Наверное, ты мясо не ешь, - мрачно сообщает она.
- Или вообще нифига не ешь, - добавляет она, когда я задумчиво отправляю в рот полкотёнка полкотлеты.
Happy people have no stories, думаю я, и ведь как бы хотелось посмотреть на себя ее глазами.

*
Нет, ты действительно очень сильно изменилась, говорит мне другая сестра, которая до сих пор помнит какие-то идиотические стихи про войну и опасную домашнюю птицу, которые я сочиняла в брутальных 11 лет (я торчу перед зеркалом и рассматриваю свои впалые щёки, бормоча: "а что, а как, а мне казалось, что я такая же, как в детстве"). Просто ты стала эээээ ммммм взрослее?
- Грустнее, - радостно подсказываю я, с восторгом обнаруживая у себя в глазах какую-то нечеловеческую тоску-печаль. Что правда, то правда.

*
- Наконец-то тебя потянуло к родным местам! - радуется Машутка. - Тебя тоже тянет туда, откуда вы происходите!
Мы не происходим, мы исчезаем, думаю я. Вообще, в глобальном смысле - все мы только и делаем, что исчезаем.

-
Да нет, - отвечаю я, - Просто Гродно - очень красивый город, я его обожаю. 
(Все, что я сделала в Гродно - это сходила в магазин туда-сюда, чтобы купить колбасы и сыра)

Был бы у меня паспорт, думаю я, сбежала бы в Беласток, и фиг бы вы меня там нашли, без средств к существованию, ноутбука и шариковых ручек, был человек и сплыл. Неимоверное желание сплыть преследует меня каким-то кармическим проклятием, только уже с другой стороны, о которой я написать не могу - более мягкие брега этой двусторонней реки рискуют осыпаться прямо в кипяток, кишащий огнеупорными трофическими рыбками, готовыми выжрать сердце насквозь.

*

В апреле я буду в Москве, потом в Питере, потом в Будапеште.
Еще в апреле у меня день рождения, а у Porcupine Tree выходит новый альбом (внимание, повторяю - у Porcupine Tree выходит новый альбом!). К счастью, там уже нет песен, начинающихся строчками вроде: "никогда не пробуй стопить машину на трассе в темноте". Возможно, там вообще ничего хорошего не будет, зато в начале июля они будут в Варшаве, и вот тут-то начинается самое интересное; но постойте, мы про апрель.
В апреле выйдет та самая книга про лестницу в н. из одной ст.
Еще что-то было, но у меня уже нет времени писать, я поехала смотреть на то, во что превратилась Кузмицкая. Всем привет!

  • Current Music
    Oasis - Stop Crying Your Heart Out