?

Log in

No account? Create an account
November 30th, 2004 - Словарь странных слов — LiveJournal [entries|archive|friends|userinfo]
deja vu смерть

[ website | shesmovedon ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

November 30th, 2004

чужое письмо [Nov. 30th, 2004|02:25 pm]
deja vu смерть
[Current Music |rem - zither]

Здравствуй, Марта.
Я живу в тишине.
Жизнь теперь как контурная карта.
Вчера ты мне звонила во сне.
Самые важные люди всегда звонят мне во сне.
И живые, и нет.
У меня новая мебель. В этом году рано выпал снег.
Я не хочу выходить из дома на обед.
Времени уйма, но всегда кажется что мало.
Поэтому письмо будет коротким.
Николаю привет. Как там мама.
Поцелуй от моего имени тетку.
Юлию не целуй, у нее глисты.
Богдана я не знаю, это кто?
В следующем письме переходи на «ты»,
Вечно твоя, Немезида Кокто.
Link13 comments|Leave a comment

Три поросенка [Nov. 30th, 2004|02:28 pm]
deja vu смерть
[Current Music |ULIS - marnatrauny syn]

Жили были три поросенка, три друга: Сергей Сергеевич, Юлиан Юлианович и Михаил Михайлович.

Настало время строить им зимний дом. Летом они жили в сарае, а потом сарай снесло жилищное управление, и жить стало негде.

Сергей Сергеевич защищал диссертацию и у него не было времени. Поэтому он построил дом из шпон.
Юлиан Юлианович много переживал из-за своей молодой любовницы, которая лежала в больнице с подозрением на меланому, поэтому дом он построил из икон. Иконы Юлиан Юлианович скрал в церкви: он не знал, что это преступление.
Михаил Михайлович знал, что дома недолговечны, поэтому построил себе маленький ашрам с фигуркой пластилинового ослика на крыше. Когда приближалась гроза, ослик внятно шевелил ушками и бормотал: «иаиа», «иаиа». Если мимо шли недобрые люди, ослик съеживался и закрывал голову копытцами. Еще иногда он пил молоко, которое посетители ашрама специально оставляли снаружи в глиняных плошках. Это считалось чудом, что пластилиновый ослик спускается к плошке и пьет, но это многие видели, и молоко потом действительно куда-то исчезало. Об этом писали в газетах, а еще однажды приезжал Первый Национальный Канал делать сюжет.

Зима в этом году выдалась студеная. Из-под толщи снега вышел Годзе-Порося и пошел уничтожать все сущее.
Вначале он подошел к дому поросенка Сергея Сергеевича и тоненьким голоском сказал: «Сергей Сергеевич!».
«Ха-ха!» - сказал Сергей Сергеевич, давно заприметивший монстра в обледеневшее окошко.
Годзе-Порося плюнул огнем и дом из шпон сгорел дотла. Обгоревший Сергей Сергеевич бросился бежать к дому Юлиана Юлиановича. Юлиан Юлианович сидел весь обложен церковными книгами и Сергею Сергеевичу вовсе не обрадовался: его молодую любовницу совсем замучали на химиотерапии. «Зачем ты пришел, Сергей Сергеевич?» - спросил он и уткнулся взглядом в книгу, которую тоже, кстати, скрал в церкви по причине собственного невежества.
Годзе-Порося подошел к дому Юлиана Юлиановича и уставился на иконы. Иконы вдруг превратились в игральные карты: дама, валет, король пик, туз с изображением мультипликационной собачки Плуто, девятка крести с миниатюрным Иисусом на каждом крестике. Домик из игральных карт тут же рассыпался, и шокированные Сергей Сергеевич с Юлианом Юлиановичем бросились бежать к ашраму. Именно там, по их мнению, было спасение.
Но спасения там не было. Михаил Михайлович не впустил их и сказал, что не стоит им осквернять ашрам – видите, ослик при вашем приближении весь скорчился. Сергей Сергеевич и Юлиан Юлианович тут же начали кричать: это не из-за нас! Это потому что за нами гонится ужасный Годзе-Порося, восставший из снежной бури! Впусти нас, Михаил Михайлович, мы погибнем.
Михаил Михайлович засмеялся и пошел заваривать чай в зеленом графинчике.

Годзе-Порося подошел к ашраму и тоненьким голоском позвал Михаила Михайловича.
Пластилиновый ослик встал на дыбы и заулыбался, узнав его.
Михаил Михайлович отворил дверь, впустил Годзе-Порося и усадил его за стол, где уже посипивал жаром и прозрачной жасминовой водой зеленый графинчик.
- Как делишки, Годзе? – спросил он.
- Помаленьку, - затягиваясь кальяном, прошуршал Годзе-Порося, - Мир катится в бездну, ну и пусть его. Дома из икон строить стали, идиоты. Дома из икон, бля. Книги в церкви крадут. Уроды какие-то. Я нифига не понимаю уже. Убивать их? Глупо, глупо убивать. Разрушение тоже бессмысленно. Я не знаю, что мне делать. Я не могу им объяснить, что они натворили, не могу.
Сергей Сергеевич и Юлиан Юлианович стояли под окнами и дрожали от холода. Наутро их оледеневшие трупы закопают за пять километров от ашрама. Михаил Михайлович подливал жасминовой воды в глиняную чашечку Годзе-Порося и думал о том, что неисповедимы пути. Неисповедимы.
Link25 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | November 30th, 2004 ]
[ go | Previous Day|Next Day ]