October 14th, 2003

dusya

Коробкин blues, часть последняя.

Была вчера на репетиции у Коробкина, чтобы как-то утешить его распадающееся "я", к тому же мне было интересно, до чего докатились Коробкин с Оболонцевым после того, как выгнали Артема, надавав ему по шее ("Ты не умеешь играть на стике, чмо отвратительное!"). Я села с ногами на стул и безмолвно наблюдала. Оболонцев играл на сотнях удивительных и дорогих синтезаторов качественной пустотности электронную всхлипывающую музыку, а Коробкин тоненько и неуверенно дергал струны гитары и довольно слабым голосом пел о том, как одинок человек в том мире, который он себе придумал.

"Ну как?" - радостно спросили они.
"Это никуда не годится, - ответила я, - Электронная часть еще ничего, я бы такое слушала на диске. Но вокалист - он вызывает СОЧУВСТВИЕ и как-то за него ПЕРЕЖИВАЕШЬ очень болезненно".
Они начали хохотать - "Так оно и хорошо! Мы играем застенчивую музыку!"

Потом Коробкин зашел ко мне на чай.
- Мне не нужны женщины, - зевнул он, - Я им нужен. Они ходят за мной нервными рядами. Они переживают из-за меня. А мне не нужен никто. Как это смешно.
Мне не было смешно. Мне было холодно, потому что отопление не включили, уроды, у меня цветок на подоконнике загнется скоро.
- Все будет хорошо, Коробкин, - уверяла я его, когда он пробовал поцеловать меня на прощание, не обращая внимания на Спицына, стоящего в дверях и цинично загибающего пальцы, - Женщины будут любить вас, Коробкин. Когда-нибудь они вас полюбят, поверьте.
Коробкин обиделся и сказал, что женщины и так его любят, поэтому я должна быть счастлива сверхценным коробкинским вниманием - потом он извернулся и больно поцеловал меня в уже тикающий глаз. Спицын выразительно постучал пальцем по циферблату Swatch.
- А это кто? - мрачно спросил Коробкин, обматываясь дорогим британским шарфом.
- Это ты, ты и еще раз ты, - нежно сказал Спицын и опустился на колени, чтобы попросить руки Коробкина. Не надо было ему этого делать! Коробкин совсем разнервничался, достал револьвер и случайно застрелил мою соседку, которая безмятежно бежала вниз по лестнице перестелить половики.
Когда все закончилось, я три раза подряд послушала новый альбом "Мультфильмов".
  • Current Music
    мультfильмы - облака
dusya

Смерть теплокровных животных

Трансцендентный цинизм - со стороны наблюдать на своими попытками как-то прорваться за грань, выскользнуть восприятием на Ту Сторону, хотя все механизмы стараний, выскальзываний, восприятий и почти визуальных гранепостроений всецело подчинены одной цели - отвлечь и не позволить вам заниматься ерундой до того решающего момента, пока ерунда не вздумает всерьез заняться вами.

В такие моменты, когда стучишься оболочками намеренно изничтоженных слов в резиновые подошвы внепространственности, полезно немного приподняться и увидеть то, что происходит на самом деле: а на самом деле все просто. На самом деле ты просто сидишь за стареньким компьютером, слушаешь песню Гармарны с неизвестным названием (если точно, то седьмой трэк с альбома Vedergallningen), пьешь чтобы-согреться-кофе с кардамоном/корицей/имбирем (сейчас очень модно писать в ЖЖ о том, как пьешь кофе с кардамоном/корицей/имбирем), жрешь круглое печенье, растираешь холодные пальцы и корчишь мучительные рожи, читая с экрана книжки и статьи по психологии восприятия, смешанные с главами из Тибетской Книги Мертвых и настоящим бумажным Юнгом, и странно блестят глаза.
В такие моменты понимаешь, что выглядишь глупо, и, наверное, это и есть какой-то спасительный трансцендентный цинизм.