?

Log in

Калушата Подудонились // Масляная подушка Бушвика - Словарь странных слов [entries|archive|friends|userinfo]
deja vu смерть

[ website | shesmovedon ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Калушата Подудонились // Масляная подушка Бушвика [Aug. 26th, 2016|09:44 pm]
deja vu смерть
Почему-то получается писать про Нью-Йорк только тогда, когда я в него приезжаю – поскольку я его покинула на практически целое лето, возвращение было приблизительно тем же, что и то давнее триумфальное пробуждение в польском самолете, где я пришла в себя, будто ужаленая током, будучи спеленутой тремя ремнями вдоль пустого ряда кресел, ровно над дюнами Far Rockaway – от слез и заложенных ушей, посадка, возврат, вы некачественный восточноевропейский товар, вас вернули домой, но в дом как бы высшего свойства.

В этот раз меня вернули Нью-Йорку из лесного рая арт-магистратуры, где я в основном работала по 15-17 часов в сутки, сидела в водопаде, играла в волка, пила по ночам вино, а днем разговаривала с профессорами и животными (я даже завела небольшой видеоблог, где я строго отчитываю различных животных за неправильное поведение; видимо, это была мировоззренческая месть за то, как профессора и некоторые сокурсники отчитывали меня). Возвращение, конечно, вышло триумфальным – не так давно я пыталась его в лицах описать Юле из Бронкса и Оле из Калифорнии, с которыми мы в день моего возвращения вышли на променад в Вильямсбург – в итоге, правда, все скатилось к Петрушевской и Льву Владимировичу Щербе, однако полуартикулированная драма моего возвращения до сих пор свербит и ворочается под сердцем, как серебряная пуля; мне необходимо выразить ее еще раз, и здесь как раз самое место.

Короче, за некоторое время до моего возвращения в нашем прекрасном Бушвике – точнее, в его наименее джентрифицированной точке Бродвей/Мертл (в восьмидесятые улицу Myrtle называли Murder Avenue, и в этом была некая целесообразность), где я живу уже год – случилось событие, прославившее наш перекресточек на весь большой город. Я и раньше подозревала, что это важная точка наркоторговли чем-то дешевым и идиотским – на перекрестке постоянно было немыслимое количество упоротых людей, а также людей, которые вроде бы торгуют чем-то странным, но на деле торгуют чем-то еще более странным. Скажем, Продавец Золотых Шляп или Уличный Черный Торговец Благовониями, или Фанковый Торговец Бейсболками, который с семи утра врубает фанк-машину, ревущую на весь перекресток, и сидит, дымясь от восторга, среди пыльных бейсболок. Вокруг них вечно происходит некое мельтешение, дымок, тревожные движения.  К упоротым людям я уже привыкла, они безвредные – обычно упоротый человек на Бродвей-Мертл просто стоит, как дурак, и рассматривает какую-нибудь трещинку на асфальте или медленно наполняет ее слюной. Иногда он заваливается и лежит. Раз в неделю с перекрестка кого-то увозят на «Скорой», это значит, что человек упоролся уже совсем и лежит давно. Вообще, на этом перекрестке постоянно кто-то лежит, но как правило это два-три человека на блок, не больше. В метро иногда стоят полицейские люди с собакой, проверяют выборочно рюкзаки мимо проходящих белых людей из Восточной Европы, такие правила, собака там веселая и смешная.

Перекресток в силу этих культурологических своих особенностей, конечно, всегда был чудовищно засран – там были буквально горы мусора, среди которых копошились достаточно странно выглядящие люди, какие-то карлики на тележках, медведи с липовой ногой, опять же лежащие упорыши. Но на это мало кто обращал внимание, в Нью-Йорке хватает и не таких засранных перекрестков! Тем более, что среди этого срача расположен чудесный хипстерский магазин «Мистер Киви», где мы все сидим в суровую годину, когда все эти уличные персонажи превращаются, и пережидаем джентрификационную синусоиду, резко рванувшую с горки вниз.

И вот недавно перекресток стал селебрити – он превратился в зомби-апокалипсис! К сожалению, я не застала  торжества. Про наш перекресток писали все газеты города! Я ужасно гордилась тем, что я оттуда. Короче, оказалось, что там была стратегически важная точка продажи синтетической марихуаны (это то, что у нас теперь называют спайсами), поэтому и фанк, и веселье, и горы веселого мусора. Но случилось так, что завезли очень плохую партию синтетической марихуаны, совсем крайне плохую, и вышло так, что калушата подудонились (тут мы с Юлей принялись читать Ольге лекцию про Щербу и Петрушевскую, рассказали о том, почему глокая куздра кудрячит бокренка, и почему бутявки оказались некузявыми, но не важно, это мы уже вторую бутылку заканчивали на тот момент на пирсе). То есть, это реально была картина «калушата подудонились» - в один момент половина населения этого перекрестка оказалась вырублена. Люди просто свалились и лежали и блевали, и корчились в лужах из блевотины и слез. Даже трещин уже не рассматривал никто, оказывается, это даже нормальная реакция, когда ты упоротый смотришь в трещину, а вот если подудонился – просто лежишь в бессознанке, тебя тошнит, к тебе пришли демоны, ты ничего не соображаешь, у тебя кипит мозг и в перспективе может образоваться мозговая кома, смерть и тайна перерождения в какого-нибудь более мелкого жильца этого же, несомненно, перекрестка. Итак, образовывается закат мертвецов – всюду валяются подудонившиеся калушата, весь район усыпан калушатами, приезжает куча скорых, пока они приезжают, дудонятся еще какие-нибудь очередные калушата, выглядит все как апокалипсис, по улицам бродят шаткие еле живые люди всех цветов, всем плохо, хипстеры запираются  в магазине «Мистер Киви», приваливая к дверям ящики с грейпфрутами и увесистыми, как чугунные гири, плодами хлебного дерева.

За ночь подудонившихся калушат разобрали с улиц, человек 50 как минимум попало в больницу, во всех изданиях Нью-Йорка журналисты упражнялись в остроумии, это реально дико смешно, что вдруг один перекресток оказался усыпан подудодившимися калушатами из-за того, что какой-то хрен продал им партию некузявых бутявок.

- Ты не узнаешь нашего перекрестка, - с мрачной гордостью сообщил сосед. – Его после всего случившегося отмыли. Он чистый. Никто не валяется на асфальте. Кругом полицейские. Чистота, как в поликлинике.

 И действительно: когда я через неделю после случившегося вернулась в Бушвик, его было не узнать. Он был чище Минска. Фанк больше не ревел, сирены не надрывались, можно было перейти дорогу, не переступая через горы тряпья и бумаг, в которых, будто горные гномы, прятались шаткие ночные люди. Около бара Бизарр не сидели, как обычно, веселые крыски, глодая ломкие куриные ноги. Вооруженные ветераны и нарядные бомжи в золотых платьях не тусовались с бумбоксом на развалинах немецкой кирхи. Улицы были такими чистыми, что можно было в любом месте просто лечь на землю, как цветок, и не запачкаться.

Я прошла через эту красоту тоже очень красивая и легкая: я вернулась из колледжа с небольшим рюкзачком и пакетом, в котором лежала бутылка джина. Все остальные вещи я отправила с Каммисой и Рагнхильдой в грузовике, которым, собственно, управляли Каммиса и Рагнхильда собственноручно. Также Каммиса и Рагнхильда взяли с собой вещи Клары (тут звучит тревожная музыка: вещи Клары в итоге и выстрелят в этой пьесе!). Клара – наша, она писательница. Каммиса и Рагнхильда – из музыкантов. Они действительно выглядят как героини Старшей Эдды – нордические, белокурые, спортивные красавицы, обе дико талантливые и в силу этого закономерно взбалмошные. Уезжали с грузовиком они более суток, потому что перед отъездом решили искупать в водопаде комплект медных тарелок-цимбал, кажется, принадлежащих отделению музыки, но заигрались, утопили тарелку, потом осознали, что это перформанс с некоторого рода гравитационной партитурой про состояния материала и воды; начали швырять тарелки со скал вниз друг другу на голову, написали срочно анонс в стиле Джона Кейджа на нашу массовую рассылку, тут уже пришли зрители, какой-то алкоголь опять же, потом уже пьяными неудобно ехать. Короче, окончательно загрузились в грузовик Каммиса и Рагнхильда только спустя сутки – они заехали за моими вещами в общежитие, немножко помятые, счастливые и хохочущие. Каммиса, умирая со смеху, связывала велосипеды, которыми был набит грузовик, шелковым шнуром висельника. На полу лежали увесистые, разделенные на кубы, органные трубы, из которых хрупкая Рагнхильда все лето делала уникальный инструмент размером, пожалуй, со спортзал.  Я своими глазами видела, как Диаманда Галас рыдала над этим инструментом. Еще там были какие-то ящики, о которых Каммиса пренебрежительно отозвалась, что это вещи Клары. Это была какая-то мелкая писательская срань: книги, чипсы, статуэтки, варенье в баночке. Я втащила в грузовик, помимо двух чемоданов, тоже какую-то писательскую срань: тщательно закрученную бутылку недопитого абсента (он не выстрелит, сразу расставляю повсюду спойлеры!) и мою любимую ортопедическую подушку, сделанную из пены памяти. Я никуда не езжу без подушки. Она помнит форму моего воображаемого остеохондроза – болезни, придуманной в постсоветских странах для потенциальных покупателей американских подушек из пены памяти. Для верности я упаковала подушку в большой тканый мешок, с помощью которого мы обычно пиздили вино со званых ужинов, чтобы допивать его где-нибудь в студии.  Каммиса и Рагнхильда, хохоча и пошатываясь, сообщили, что они по ошибке взяли самый гигантский грузовик, и если я сяду с ними ровненько между кресел, то могу вполне и доехать с ними до Бушвика, но я отказалась, сообщив, что уже купила билет на поезд, и, как мне кажется, самый красивый способ покинуть этот лагерь любви и скорби – это ночной поезд, мчащий по тонкому виадуку вдоль серебрящихся вод, проносящиеся сбоку магические виды реки Гудзон, немецкий нью-вэйв в плеере и романтические воспоминания. Каммиса начала еще сильнее хохотать и сказала, что у меня, наверное, тайный роман с кем-то из преподаватетей и мы хотим улизнуть в ночи на поезде нежности и красоты, но что ж, они с Рагнхильдой это понимают и уедут на гигантском грузовике одни во имя любви. Грузовик и правда был чудовищных размеров. Внутри него можно было устроить выставку почти всех молодых художников Бушвика или смонтировать Рагнхильдин гигантский экспериментальный орган в натуральную величину.

Дальше все было вроде бы нормально: Каммиса и Рагнхильда умчали на своем грузовике смерти, я и правда романтично доехала до Нью-Йорка, добралась до ночного Бушвика дикая и растрепанная – и с размаху вбежала в эту стерильность, чистоту, сияние. Это был самый чистый перекресток во всем Нью-Йорке. Возможно, даже во всей Америке. Я никогда, сколько жила, не видела таких чистых районов. Даже Минск выглядел немного помойкой по сравнению с Бушвиком, честное слово.

Просветленная, я пошла к припаркованному недалеко от моего дома грузовику (ключ от него Каммиса и Рагнхильда оставили у знакомого бармена через дорогу, Бушвик это такая улица Октябрьская, если вы понимаете), открыла его и, пока добиралась до своего велосипеда, поняла: что-то не так. Пол скользил. Точнее, я по нему скользила. Я начала двигаться бочком, но стены тоже были скользкие. Велосипеды тоже были скользкие и отвязать веревку было не так уж просто.

Я лизнула свои руки. Оливковое масло!

Тут я вспомнила, что на подоконнике кухоньки здания, где размещались наши писательские студии, стояло неприлично гигантское ведро оливкового масла, которое худенькой Кларе 1994 года рождения (она вундеркинд и анорексик) привезли мама с папой, смешливые хипстеры практически моего возраста. Клара, кажется, к маслу и не притронулась. Наверняка она не использовала ни капли. Весь чертов бидон масла размером с дождевую бочку вылился нахуй и в пизду по дороге в Нью-Йорк. Все было в масле. Дорогущие органные трубы Рагнхильды. Оба моих чемодана (оказывается, оливковое масло как бы идет вверх по ткани, движется, завоевывает пространство, как зверь). Чемодан Кальвин Кляйн оказался весь масляный. Чемодан Самсонайт – не весь (покупайте чемоданы Самсонайт?). Подушка! Я брезгливо выпинала подушку ногами из грузовика. Она была пропитана чертовым оливковым маслом насквозь. Вся пена памяти скукожилась и помнила лишь масло, забыв мои спутанные сны и остеохондрозные муки. Тканая сумка, пережившая столько винных рейдов, тоже была пропитана маслом. Моя одежда тоже немножко начала пропитываться маслом. В грузовике некоторым образом образовался салат, в который мы врезались – если поместить в свободное замкнутое пространство ведро оливкового масла и еще некоторые ингредиенты, а потом хорошенько взболтать, всегда получится салат. Я попыталась написать это Каммисе и Рагнхильде, и они мне тут же позвонили видеосвязью из какого-то веселого музыкального клуба, где все вокруг танцевали в масках зверей и зажигали бегнальские огни.

- Ха-ха-ха, боже мой! Какое масло, там не было масла, я не везла масла, Рагнхильда тоже не везла масла! Ха-ха-ха, мне так жаль! Мне так жаль! Это так смешно, ой, грустно!

- Приду домой, тоже устрою вечеринку, буду слушать группу Midnight Oil, - погано пошутила я в ответ. Конечно же, ей не было грустно! Загрустят они только когда обнаружат Рагнхильдины трубы, смертельно благоухающие оливковыми рощами Тосканы.

Я осмотрела свои вещи: чемоданы придется катить домой, велосипед тоже. Но подушка! Кажется, она приняла на себя основной удар. Вероятно, она даже спасла карьеру Рагнхильды, которой бы ни за что не хватило денег, щедро выданных датским правительством, на новые органные трубы. С подушкой дело было совсем дрянь.

И я решила ее выкинуть, а уже потом тащить остальные вещи домой. Я взяла подушку, прошла несколько шагов. Что-то не так. Что-то не так.

И тут меня накрыло осознанием трагичности момента. Чертову масляную подушку, сочащуюся, будто кровью, черным оливковым жиром на прозрачный нежный асфальт, некуда выбросить. Всюду чистота. Раньше вот как было? Тебе надо выбросить сраную подушку в сраном Бушвике. Ты просто подходишь к ближайшей куче мусора и оставляешь там сраную подушку. Или, например, лежит бездомный человек – ты подкладываешь как раз под него эту подушку. Он проснется и еще и пососет ее, она питательная. То есть, это хороший поступок, помочь человеку масляной подушкой. Или, скажем, упоротый человек лежит прямо головой на камнях грязных – а ты ему масляную подушку дай, он и обрадуется. Опять же, будет чему впитывать слюну. То есть, это было с моей стороны совершенно инстинктивное действие – взять подушку и пойти подкладывать ее в окружающую срань.

Но срани больше нет – и вот я божественно красивой лунной августовской ночью хожу по вымытым с фиалковым мылом и ландышевым стиральным порошком улицах Бушвика с поганой масляной подушкой в руках. Квартал за кварталом, дом за домом. И мне некуда ее выбросить. Я никуда не вписываюсь с этим уродливым, диким, нелепым объектом – огромной белой ортопедической подушкой, насквозь пропитанной оливковым маслом.

В какой-то момент я поняла, как странно и кинематографично я смотрюсь среди этой чистоты с подушкой, которую некуда подбросить. Мне показалось, что все, кого я встречаю по пути, смотрят на меня осуждающе. Только бы не попались полицейские с собакой, мысленно взмолилась я, мне конец, я чужеродный элемент. Запихнуть подушку в чей-нибудь мусорный бак показалось мне преступлением. Я, обливаясь потом, аккуратно прислонила ее к пожарному гидранту (явно тоже вымытому фиалковой водой) и она тут же некрасиво протекла на него масляными струями. Это была наивысшая точка моего позора. Мы с подушкой были самым грязным конструктом Бушвика в эту ночь. Вообще, вероятно, это был один из самых дурацких моментов в моей жизни. Никогда не чувствовала себя так мерзко, как в ту ночь, подкладывая поганую подушку на самые чистые улицы во Вселенной.

Остаток ночи, к счастью, я занималась тем, что сортировала запорченные маслом вещи от незапорченных маслом вещей, а также пыталась навертеть себе временную подушку из хитроумно засунутого в наволочку одеяла системы «упокойник» (comforter). Повторюсь: чемоданы Самсонайт! Идеально выдерживают Масляный Удар. Впрочем, я не могу представить ситуацию, в которой чемодан переживает столкновение с бочкой оливкового масла. С другой стороны, если это случилось с тобой в Нью-Йорке, значит, это теперь случится с тобой везде.

Извините, мне просто нужно было это записать, потому что даже рассказанная история меня продолжала тревожить. Слишком уж четко была выстроена драматургия момента. Спасибо, спасибо.
LinkReply

Comments:
[User Picture]From: marta_ketro
2016-08-27 03:13 am (UTC)
как ужасно оказаться эмиссаром зла, когда ты на самом деле хороший
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-27 01:47 pm (UTC)
вот-вот, именно! теперь перекресток понемногу снова засирается, и я уверена, что в этом моя вина, я инициировала процесс, рассеяв злокозненные споры подушки
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: m_panin
2016-08-27 05:26 am (UTC)
Хорошее кино.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-27 01:47 pm (UTC)
Ох кино да. Спасибо! Люди читают ЖЖ, с каждым разом это все более удивительно выглядит.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: zmeyka_taya
2016-08-27 12:16 pm (UTC)
Хоть фильм снимай. Жалко, вся вот эта оливково-фиалковая сенсорика останется за кадром.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-27 01:48 pm (UTC)
да, и эта белизна и пористость подушки, с которой СТЕКАЕТ.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-27 01:49 pm (UTC)
Обтекаемую пористость никак, кроме как тактильно, зрителю не сообщишь! :(
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: chingizid
2016-08-27 01:54 pm (UTC)
Подушка в масле это какой-то адский бойс, всё он не угомонится с выставками в NY, ишь.
(Цитата в сто раз круче самолёта из валенок, как по мне.)
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-27 04:22 pm (UTC)
Черт подери, да! Почему-то я сразу не догадалась. Масляная подушка - это же такая цитата, что просто слов нет!

Буду считать, что это я оммаж и инсталляцию соорудила, а не засрала чистый райончик!
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: chingizid
2016-08-27 05:17 pm (UTC)
Это они порядок на раёне навели специально перед инсталляцией. Нью-Йорк - город высокой культуры :)
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: horsehorse
2016-08-27 10:11 pm (UTC)
немного оливкового масла совсем уже пересохшему жж
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-09-02 03:13 pm (UTC)
да, хочу себя заставить хотя бы пару раз в месяц что-то записывать. в старости перечитаю, хаха
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: horsehorse
2016-09-08 10:02 am (UTC)
а я на станости наверное стану торчать на кетамине. потому что, боюсь, скоро научатся продлять жизнь и придётся как-то убивать время
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-09-08 11:05 pm (UTC)
я бы очень хотела на разном всем поторчать в старости, когда тела уже будет не так жалко и сознание тоже будет не особо в порядке! лсд, скажем, попробую не раньше 70-и, если доживу.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: ginger_sky
2016-08-29 08:03 am (UTC)
Самое настоящее кино!
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-09-02 03:14 pm (UTC)
Спасибо! Перепись последних могикан жэжэ!
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: efirnaja
2016-08-29 01:36 pm (UTC)
блин, это же так клево! с тобой вечно что-то такое случается :) очень приятно снова тебя читать.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-09-02 03:14 pm (UTC)
спасибо! ох случается :)
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: omami
2016-08-30 06:39 am (UTC)
Таня! просто желаю цитировать эту историю целиком и немножко всю твою жизнь всегда всем и везде, потому что все остальное хуйня, а это - искусство чистой воды, которое, как известно, is the only guarantee of sanity.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-30 02:15 pm (UTC)
Оля! это еще не все! я на днях случайно познакомилась с Василием, ну, Василием из лукэтми, ты знаешь его точно (странно, что мы раньше не были знакомы, ну да ладно), и вот я решила в компании рассказать эту историю, тем более, что Василий мой сосед по Бушвику оказался, и когда я начинаю описывать Каммису, он вдруг говорит: КАММИСА БЮРХАУС? я ее знаю, ОНА КО МНЕ НА РАБОТУ УСТРАИВАЛАСЬ. устроилась, спрашиваю. нет, нет, ни за что, отвечает Василий. вот и схлопнулись вселенные
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: omami
2016-08-30 04:09 pm (UTC)
ахаха нимагу, конечно я знаю василия!
ну как знаю, виртуально в основном, какие то, уже не помню, проекты мы делали, я для них, или они про меня (возможно и то и другое), а потом я его завидела на дизайнакте и такая кричу ему - вася! привет! а он такой - (делает лицо "бля кто эта сумасшедшая телка") привет, мы закомы?
привет передавай гг
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: larasentpol
2016-08-31 04:26 am (UTC)
Какой атмосферный перекрёсток, посмотрела на Гугл карте,понравилось.Интересно,он ещё постоит очаровашкой пару недель или уже изгваздается? Если Вас не затруднит посоветовать пару-тройку мест в округе на предмет посетить в ближайшее время. Со своей стороны могу предложить что-нибудь привезти-передать из/в Россию.Я буду в Нью Йорке в сентябре и жильё в 5 кварталах от Вашего перекрёстка.Сорри,если лезу в глаза и это неприлично.



(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vinah
2016-08-31 09:10 pm (UTC)
в пяти кварталах - это очень близко! а это в какую сторону пять - ближе к хипстерской чистоте вильямсбурга или веселому безумию бедстай? я могу посоветовать что-нибудь, конечно, галереи может быть какие или кафе или всякие места где удобно сидеть с ноутбуком тихо с чашкой кофе и работать - а вас что интересует больше?
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: larasentpol
2016-09-01 03:41 am (UTC)
Монро стрит 527, а интересует нечто атмосферное,Бруклинское,знаковое,забавное,не знаю...третий раз приеду,а узнала только чуть Манхеттн,Бруклин мимо,пара клубов и Сабвей. Интересно,а если зайти в их церковь,когда служба и поют, они не прогонят?Это мы жили близ станции Бродвей Джанкшн и ходили мимо их церквушки,Лютеранской скорее всего.
(Reply) (Parent) (Thread)